В Чечне идет зачистка ближайшего окружения Кадырова: в «секретных тюрьмах» — высокопоставленные чиновники и силовики

 Вот уже несколько месяцев в Чеченской Республике по нарастающей продолжаются репрессии против членов близкого круга Рамзана Кадырова. В местах незаконного лишения свободы, в подвалах «секретных тюрем», содержатся от нескольких дней до недель и даже месяцев не только высокопоставленные чеченские чиновники, но и их родственники, охранники и ближайшее окружение.

У задержанных под пытками получают информацию о нелегальных бизнесах, описывают и отбирают практически все имущество. Тех, кого выпускают, обязывают заплатить в Фонд им. Ахмата Кадырова многомиллионные пожертвования.

Зачистки ближнего круга начались в первых числах августа, через несколько дней после увольнения с должности мэра Аргуна Ибрагима Темирбаева — человека, к которому Кадыров много лет испытывал неприязненное отношение и тем не менее долго терпел.

 

Неслучившийся заговор

Темирбаев — малоизвестный федеральным СМИ чеченский чиновник, но в Чечне (и особенно в Аргуне) он обладал большой властью и плохой славой. С одной стороны, он беспрекословно исполнял все спущенные сверху карательные приказы, непосредственно участвуя в похищении тех, кого местные власти подозревали в причастности или сочувствии чеченскому подполью.

Именно при Темирбаеве Аргун и аргунская «секретная тюрьма» на базе городского ОМВД прогремели на весь мир в связи с зачисткой представителей чеченского ЛГБТ-сообщества.

С другой стороны, Ибрагим Темирбаев проработал в кресле руководителя Аргуна 15 лет и оброс достаточно большой базой сторонников и связей, в том числе за пределами Чечни. Своей карьерой и местом, которое принесло его семье огромный достаток, он не был обязан Рамзану Кадырову, и поэтому, насколько это, конечно, возможно в сегодняшней Чечне, был одним из относительно независимых чиновников.

Неприязненное отношение к Темирбаеву у Рамзана Кадырова появилось еще в 2006 году, когда в Чечне шла ожесточенная борьба за власть между действовавшим тогда президентом Алу Алхановым и непосредственно Рамзаном Кадыровым, младшим сыном убитого в мае 2004-го Ахмата Кадырова.

На стороне Алу Алханова выступили братья Ямадаевы, по тем временам — самый могущественный клан Чечни. Также в Нальчике в 2006 году прошла встреча, на которой влиятельные на тот момент чеченские силовики также предложили Алханову свою поддержку.

В частности, на встрече присутствовали: глава Аргуна Ибрагим Темирбаев, командир чеченского ОМОНа Артур Ахмадов и его заместитель Бувади Дахиев, сотрудник службы безопасности Ахмата Кадырова Шамиль Магомаев (возглавлял затем последовательно Аргунский РОВД, Веденский и Шелковской районы, потом стал депутатом республиканского парламента), известный своей жестокостью амнистированный боевик Идрис Гаибов (впоследствии он был назначен префектом Октябрьского района Грозного, затем стал депутатом республиканского парламента) и другие. На встречу прилетел из Москвы уже невъездной в республику (хотя номинально ее президент) Алу Алханов, однако в силу своей нерешительности он так и не склонился к силовому противостоянию со своим молодым, но отчаянным конкурентом.

Сведения об этой сходке дошли до Кадырова и, несмотря на, казалось бы, давность событий, отголоски неслучившегося «нальчикского заговора» дают знать о себе до сих пор.

Так, в прошлом году были задержаны, подвергнуты пыткам и затем лишены мандатов два депутата республиканского парламента — Идрис Гаибов и Шамиль Магомаев. В ходе этой июльской волны зачисток, поднятой задержанием Ибрагима Темирбаева, Шамиль Магомаев был повторно задержан, а вот Идрис Гаибов смог оперативно покинуть республику (говорят, что уже и страну). Источники «Новой газеты» сообщают, что Шамиль Магомаев — «сердечник» и мог не выдержать пыток. А из-за побега Гаибова были задержаны его близкие родственники, до сих пор они находятся в ОМВД по Курчалоевскому району. «Новой газете» удалось выйти на связь с женой одного задержанного, однако убедить ее написать заявление о похищении своего мужа не получилось. Женщина смертельно напугана.

Впрочем, страх сегодня охватил всю чеченскую элиту. Одного за другим высокопоставленных чеченцев доставляют в полицейские подвалы и под пытками выбивают признания в нелояльности Рамзану Кадырову.

Именно проявления неуважения к правящей семье, допущенные этими людьми в приватных разговорах или встречах, стали основной причиной задержаний их самих и их родственников, а также тех, на кого они дали показания.

Самого Ибрагима Темирбаева задержали в начале августа, через три дня после его отставки с должности мэра Аргуна и буквально накануне назначения советником главы Чечни.

 

Юный Кадыров
За эти три дня Ибрагим Темирбаев в телефонных разговорах с разными людьми открытым текстом и максимально неполиткорректно высказал все, что он думает о Рамзане Кадырове и его семье, и, надо сказать, нашел большую поддержку у собеседников. Чтобы было понятно: должность мэра Аргуна, которую Темирбаев занимал свыше 15 лет, давала последнему большие возможности для собственного обогащения. Должность «советника Кадырова», которую Темирбаеву кинули как кость, — не обеспеченное никакими источниками дохода место.

А поскольку вместо Темирбаева мэром Аргуна был назначен 28-летний родственник главы Чечни Хас-Магомед Кадыров, возмущению не было пределов.

Назначение юного Хас-Магомеда на управление вторым по численности населения городом в республике действительно способно спровоцировать любого адекватного чеченца на нелояльные разговоры.

Что бы там ни говорили о большом управленческом потенциале, у Хас-Магомеда Кадырова на самом деле только один опыт — в затыкании «кадровых дыр», образовавшихся по разным причинам, а главное — в силу кадрового дефицита в республике, в которой из-за бесконтрольной и почти абсолютной власти одной семьи не работают ни социальные, ни профессиональные лифты.

Карьера Хас-Магомеда Кадырова началась в тот самый момент, когда в декабре 2016 года в подвалы СОБРа «Терек» был помещен один из самых близких Кадырову чеченских силовиков: друг детства, выходец из родового села Кадыровых Центорой — Хасан Асуханов (также известный под вторым своим именем Тимур — распространенное в Чечне явление). В тот момент Асуханов занимал должность начальника отдела по борьбе с наркотиками республиканского МВД. Причина задержания: друг детства связался с женщиной, которая относится к касте «неприкасаемых». Во времена турецкого султана Сулеймана Великого таких дам называли «наложницами гарема», в Чечне они носят гордое звание «народных артисток». Но суть, по большому счету, одна.

Асуханова держали в «Тереке» несколько месяцев и каждый день страшно пытали. Один из сотрудников «Терека» регулярно сообщал в «Новую газету» об ухудшающемся состоянии Асуханова и просил вмешаться.

Несмотря на то что именно Асуханов имеет прямое отношение к убийству нашей коллеги Натальи Эстемировой, редакция послала запрос о его судьбе в республиканское МВД и в федеральные органы власти.

В запросе мы указывали на то, что Асуханов является важнейшим свидетелем по делу об убийстве Натальи Эстемировой. Однако никто так и не ответил, куда вдруг пропал в Чечне целый начальник отдела по борьбе с наркотиками. В конце концов изувеченного Асуханова выпустили, отобрав у него и его семьи все имущество, за исключением дома матери. Через 9 месяцев на его место был назначен тогда еще ну совсем юный 25-летний Хас-Магомед Кадыров, подвизавшийся на ничего не значащей должности советника мэра Грозного.

По поводу Хас-Магомеда Кадырова его однокурсники по юрфаку Чеченского государственного университета говорили следующее: приезжал на учебу не часто, на дорогих машинах, вел себя в рамках приличия, учился плохо. Под вопросом было даже владение (как устным, так и письменным) русским языком. Впрочем, это не помешало Хас-Магомеду уже через три месяца возглавить полицию Грозного и попасть в заголовки федеральных СМИ, так как в подчинении младшего лейтенанта внезапно оказалась куча офицеров, куда более старших по званию.

и в сердцах высказывал крайне опасную на самом деле в Чечне позицию: «я флаги не меняю», «я храню верность России, а не этим бородачам», «я служу и буду служить России, а не этим придуркам» и тому подобное.

Тут надо понимать, что, несмотря на бесконечные клятвы в верности Москве самого «пехотинца Путина», в республике до сих пор ощутимо сохраняется водораздел между теми, кто никогда не был в подполье, и теми, кто был и потом перешел на сторону России после первой чеченской войны за независимость.

С 2003 года власть в Чечне принадлежит именно что последним, то есть, по сути, перебежчикам. И до сих пор сохраняется обида на Россию у тех чеченцев, кто никогда не предавал ее интересов и ничего не получил за такую верность.

На самом деле, можно уже, наконец, понять, почему Москва сделала ставку именно на бывших сепаратистов и боевиков и почему тому же Ахмату Кадырову надо действительно поставить памятник в Чечне. И Ямадаевым, кстати, тоже. В 1999 году, когда на кону стоял Гудермес с его немалым населением, они не допустили бойни по грозненскому сценарию и сдали федеральным силам город без крови, сохранив огромное количество жизней. В тот исторический момент ни у кого из «профедеральных» чеченцев не было и близко такой власти, чтобы решать судьбу Чечни. Эта власть была у вчерашних боевиков. И сила — тоже.

За годы правления Рамзана Кадырова, который на словах неустанно следует путем своего отца, с оценками недавних исторических событий произошел вполне объяснимый казус. Существующую систему власти, которая при Кадырове-сыне стала абсолютной и необратимо разрушительной для фундаментальных устоев чеченского общества, невозможно было бы представить при Кадырове-отце.

Будь жив Ахмат-Хаджи, он был бы сегодня первым критиком порядков в республике.

Рамзан Кадыров буквально по трупам прорвался к власти и сделал ее единоличной. Поэтому в сегодняшней Чечне сначала присягают Рамзану и только потом — Москве, но ни в коем случае не противопоставляют Москву и Кадырова.

Ибрагим Темирбаев сделал непростительную ошибку, за что и поплатился практически всем. И именно по этой причине попытка полпреда Северо-Кавказского федерального округа Александра Матовникова вступиться за Темирбаева не только не принесла успеха, но, скорее, навредила. Матовников обратился к «брату Рамзану», но Кадыров, ранее при каждом удобном случае выказывавший расположение к новому полпреду, обрубил Матовникова так резко, что тот тут же предложил забыть и про просьбу, и про Темирбаева.

Самому Темирбаеву рассказали про попытку Матовникова его защитить, а потом избили еще сильнее.

Не очень понятно в этой ситуации только одно — как прослушка телефонных переговоров Темирбаева попала к Кадырову.

В принципе, она могла быть осуществлена в республике несколькими ведомствами. Например, оперативно-техническим отделом (ОТО) управления ФСБ по ЧР. Местный ОТО, как, собственно, и УФСБ по ЧР, — самые большие по численности из всех региональных управлений Федеральной службы безопасности. В общей сложности количество сотрудников где-то 1700 человек. Главная задача — сбор информации по Чечне, но и этим регионом управление не ограничено. Оперативные действия ведутся как минимум по всему СКФО. При этом крайне маловероятно, что Темирбаева «слили» местные сотрудники УФСБ, да и продать такую информацию они не могли. Если еще несколько лет назад, при другом начальнике УФСБ по ЧР Сержникове, такое было возможно, то сейчас никто из окружения Кадырова не имеет «ходов» в управление. Даже руководству местного МВД получить данные ОРМ (оперативно-разыскных мероприятий) от УФСБ по ЧР крайне проблематично.

Сразу после того, как прослушка попала к Кадырову (он показывал ее большому количеству людей), Темирбаев, его родственники, охрана — все были задержаны, пошли увольнения его ставленников, в принадлежащих Темирбаеву объектах недвижимости прошли обыски, было найдено большое количество оружия. Что любопытно. Несмотря на то что обыски, понятное дело, не были санкционированы судом, оружие было изъято и описано по всем правилам УПК РФ. На тот случай, если с Темирбаевым невозможно будет разобраться никаким иным способом, кроме как возбуждением против него уголовного дела. Это, конечно, сомнительный сценарий развития событий, но и другого способа по-настоящему радикально расправиться со своим оппонентом у Кадырова на самом деле нет.

Людей из окружения Кадырова спасает от летального исхода их публичность. Скрыть расправу над такого уровня местным чиновником совершенно невозможно, учитывая, какие силы знают и пытались вмешаться в ситуацию (тот же Матовников).

Однако до сих пор Кадыров ни разу не использовал российский закон, чтобы наказать провинившегося бывшего соратника. Дело ограничивалось многодневным (иногда многомесячным) заключением в каком-нибудь подвале, избиениями, издевательствами и унижением, лишением должности и экспроприацией награбленного. И в этом смысле Рамзана Кадырова не останавливали даже родственные связи.

Когда еще один его молодой родственник Ислам Кадыров попался на связях (через своего двоюродного брата Валида Яхиханова) с самыми заклятыми врагами Рамзана — братьями Ямадаевыми, а также был уличен в употреблении наркотиков и коррупции (причем неоднократно),

дядя безжалостно опустил по чеченским понятиям племянника.

Ислам Кадыров был лишен охраны, снят с должности, избит. Его (вчера еще заместителя председателя чеченского правительства) заставили работать дворником, а затем сделали охранником на въезде в родовое село Кадыровых Центорой. Ну и, конечно, отобрали все, даже утиную ферму, которую племянник отстроил на заработанные неправедным путем средства.

 

«Ящик Пандоры»

С Темирбаевым все гораздо сложнее. Получив доступ к прослушке, Рамзан Кадыров в некотором роде открыл «ящик Пандоры»: слишком много близких людей оказались виновны в лицемерии, когда в лицо клялись в вечном братстве, а за глаза, оказывается, называли земляным червяком.

На данный момент из разных многочисленных источников стало известно о задержании

министра МЧС ЧР Руслана Яхъева,
бывшего министра лесного хозяйства Дикмагомеда Мулаева,
бывшего вице-премьера по социальному блоку, односельчанина и друга старшего Кадырова Халида Вайханова.
Посетил подвалы СОБРа «Терек» даже свояк Рамзана Кадырова — начальник ГИБДД МВД по ЧР Шамхан Денилханов. И если бы не Медни Мусаевна, супруга Рамзана, попросившая, по выражению одного из источников «Новой», «не добивать мужа своей сестры», судьба начальника регионального ГИБДД была бы под таким же вопросом, что и судьба Ибрагима Темирбаева.
Любопытная ситуация получилась и с Апти Алаудиновым, первым заместителем министра МВД по Чечне. Информация о его задержании, пытках и увольнении распространилась сначала в мессенджерах и социальных сетях
(утверждалось, что Алаудинов, будучи в гостях у Темирбаева, дал шуточный подзатыльник портрету Рамзана Кадырова),

и уже на следующий день Апти Алаудинов снял видеоопровержение этих слухов, настолько, впрочем, вызывающее недоумение, что лучшего подтверждения самого факта опалы было не придумать.

Хотя нет.

Еще красноречивее о сгустившихся над Алаудиновым тучах говорило отсутствие поздравлений с днем рождения (5 октября) от многочисленных «дорогих братьев». Еще совсем недавно поздравлявшие Алаудинова даже с такой ерундой, как вручение диплома по окончании каких-то курсов повышения квалификации, они синхронно забыли о существовании «дорогого брата» Апти. Все как один!

Список задержанных лиц — далеко не полон, но обширен. Задержания и обыски идут не только в домах «предателей», но и родовых селах у всех их многочисленных родственников.

Под угрозой потери работы оказались сотни людей. И не только сами высокопоставленные чиновники — заявления об уходе заставляют писать всех их родственников и ставленников.

В принципе, к массовым репрессиям Чечня привычна, непривычна она только к такому контингенту задержанных. По сути, мы наблюдаем первую в своем роде масштабную зачистку правящей в республике элиты. Впрочем, учитывая характер власти, отстроенный в Чечне, рано или поздно это должно было случиться.

https://www.novayagazeta.ru

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.50 (2 голосов)